Главная О проекте Партнеры Вопрос-ответ Контакты
История
Общая история казачества
Казачий уклад
Православие и другие религии в казачестве
Воинский уклад
Вооружение и экипировка
Казачья одежда
Сведения о войсках (исторических и современных)
Обско-Полярная казачья линия Сибирского казачьего войска Союза казаков России
Научный Координационный Совет по изучению историко-культурного наследия казачества Урало-Сибирского региона
Казачьи родословные
Репрессии и расказачивание
Законодательство
Исторические документы
Современное федеральное законодательство
Нормативные акты органов государственной власти субъектов РФ
Мнения, предложения при разработке казачьих нормативов
Нормативные акты Союза казаков России и его подразделений
Публицистика
Статьи
Выступления
Обращения
Заявления
Письма
Различные издания
Книги
Научные сборники
Газеты и журналы
Календари
ФОТО АРХИВ
ВИДЕО АРХИВ
Казачье искусство
Песни
Живопись
Стихи

Всероссийская научно-практическая конференция. XIV Тюменские родословные чтения 23-24 ноября 2018 года. Дурынин С.Е.

О ТОБОЛЬСКОМ КАЗАЧЬЕМ АТАМАНЕ ИВАНЕ ДУРЫНЕ И ЕГО ПОТОМКАХ.

На сегодняшний день о тобольском казачьем атамане Иване Дурыне, жившем во второй половине XVI – начале XVII века, известно немного. В архивных документах сохранилось лишь несколько упоминаний об этом человеке. В царской грамоте царя Бориса Годунова от 21 ноября 1601 года на Верхотурье князю Львову М.Д. и голове Новосильцеву У.В. говорится, что с Москвы на Верхотурье отпущен тобольский стрелец Ивашко Дурыня [1]. А на обороте царской грамоты царя Бориса Годунова от 3 марта 1604 года Верхотурскому воеводе Неудаче Плещееву и голове Хлопову помечено, что эту грамоту привез 6 апреля 1604 года тобольский стрелец Иванко Дурыня [2]. В Московском царстве конца XVI - начала XVII века подняться в чине можно было либо унаследовав его, либо за особые заслуги перед государем. И поэтому многие казаки, которые во главе с Ермаком принесли Ивану Грозному в дар Сибирское царство, так и продолжали нести свою службу либо в пеших казаках, либо, как Иван Дурыня, в стрельцах.

В царской же грамоте от 17 марта 1610 года царя Василия Шуйского воеводам Годунову С.С. и Плещееву И.М. говорится: «…Да от Соли Вычегодцкие велено послати на Верхотурье с служивыми людьми с Ываном Пошехонцом, да с Ыванком з Дурынею с товарищи 7500 рублев…» [3]. Чин Ивана Дурыни в этой грамоте точно не указан, но то, что Иван Дурыня указан «с товарищи» в делопроизводстве того времени означало, что под началом Ивана Дурыни находятся другие служилые люди. Из этого можно сделать вывод, что в то время, когда в Тобольске еще служили ермаковские казаки, а сам гарнизон Тобольска был весьма немногочисленный, Ивану Дурыне удалось к 1610 году (а может быть и раньше), подняться по карьерной лестнице на ступень выше, чем многим его товарищам. Этому способствовали, скорее всего, личностные качества Ивана Дурыни, которые ярко охарактеризованы в его прозвище. Ведь Дурыня - прозвище, которое характеризует человека, в том числе, и как упрямого, настойчивого в достижении поставленной цели. А главная цель у русских служилых людей всегда была одна – достойно служить Вере Православной, Царю-Батюшке и Отечеству Русскому! Cкорее всего, именно благодаря желанию служить этой главной цели, Иван Дурыня в 1611 – 1612 годах вступает в ряды Первого ополчения под руководством князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого и, будучи казачьим атаманом, командует в Первом ополчении сибирскими казаками [4]. Новосибирский профессор Резун Д.Я. в своей книге «Родословная сибирских фамилий: История Сибири в биографиях и родословных» утверждает, что в 1612 году ермаковский казак Иван Дурыня, будучи уже тобольским атаманом, постригся в Знаменский монастырь и отписал в заклад свою землю по Иртышу. И, якобы, в то время Иван Дурыня утверждал, что было ему около 100 лет [5]. Однако ссылок на источники, откуда взята эта информация, профессор Резун Д.Я. не указывает.

Я позволю себе оспорить вышеуказанное утверждение профессора Резуна Д.Я. - и вот по каким причинам. Во-первых, в переписной книге вотчин Тобольского Знаменского монастыря 1642 года указано, что в «122 г., отдал за вклад в Успенской монастырь (от него земля перешла в Знаменский монастырь) литвин Иван Павлов Любимской деревню свою со всеми угодьи вверх по Шанталыку речке, над речкой Шанталыком, в межах с Иваном с Дурынею…» [6]. То есть, в 1614 году Иван Дурыня являлся владельцем деревни на речке Шанталык и, следовательно, не постригался в Знаменский монастырь в 1612 году. Во-вторых, в грамоте от 16 февраля 1618 года царя Михаила Федоровича Романова тобольскому воеводе князю Ивану Семеновичу Куракину да дьякону Ивану Булыгину о северном морском пути из Архангельска в Мангазею имеется приписка - «…А подлинная государева грамота, за приписью диака Богдана Губина, прислана в Тоболеск во 126 году, июля в 30 день, с Иваном Дурынею» [7]. То есть, из этой приписки видно, что в 1618 году атаман Иван Дурыня, еще будучи на государственной службе, ездил из Тобольска в Москву с поручением и, соответственно, он не постригался в Знаменский монастырь в 1612 году.  В-третьих, из дозорной книги 1624 года известно, что жена атамана Ивана Дурыни - Марьица - после его смерти проживала в Тобольске в своем доме, который находился позади новой улицы, напротив острога [8], то есть, в 1612 году она была жива, и постричься в монастырь при живой жене атаман Иван Дурыня никак не мог.  В-четвертых, в XVII веке казаки служили до тех пор, пока у них были силы нести службу, и обычно служба их заканчивалась в возрасте 65-70 лет. То, что, по утверждению профессора Резуна Д.Я., атаману Ивану Дурыне в 1612 году было около 100 лет, мне кажется маловероятным. Ведь тогда в 1618 году ему было бы уже более 100 лет, а в таком возрасте атаман Иван Дурыня не смог бы отправиться в далекий и опасный путь из Тобольска в Москву, а из Москвы -  обратно в Тобольск.

Однако имя тобольского казачьего атамана Ивана Дурыни все же оказалось навечно связано с историей именно Тобольского Знаменского монастыря. В грамоте от 25 июня 1624 года царя Михаила Федоровича Романова тобольскому воеводе князю Юрию Яншеевичу Сулешеву и Федору Кирилловичу Плещееву, да дьякам Герасиму Мартьянову и Миките Леонтьеву, написанной уже после смерти атамана Ивана Дурыни, тобольский казачий атаман Иван Дурыня указан вкладчиком Тобольского Знаменского монастыря [9]. Указанной грамотой царь Михаил Федорович Романов подтвердил право владения Тобольского Знаменского монастыря на земли по оба берега реки Вагай со всеми угодьями, с Бегишевыми горами, с озером Бегишевым, с сенными покосами и с островом, которое монастырь получил в 1612 году по боярской грамоте, выданной руководителями Первого ополчения за то, что тобольский казачий атаман Иван Дурыня со своими товарищами в 1611 – 1612 годах «служили под Москвою и всякую нужу терпели с боляры и со князем Дмитрием Тимофиевичем Трубецким с товарищи». Историк Никитин Н.И. в своей статье «Соратники Ермака после «Сибирского взятья»» упоминает событие, которое произошло в Тобольске в 1665 – 1666 годах, и которое непосредственно связано с потомками атамана Ивана Дурыни [10]. В это время, после смерти Афанасия Черкасова, место атамана новокрещенов получил казак литовского списка Никита Ильин. Получил в обход детей Афанасия Черкасова, на челобитную которых воевода Голицын А.А. ответил: «Вы молоды, и приказать вам государевых людей невозможно...».

Описывая последующие за этим события, Никитин Н.И. подчеркивает, что на просьбу Якова Афанасьевича Черкасова о месте атамана новокрещенов, поддержанную тремя его старшими братьями, новый воевода Годунов П.И. в 1668 году отозвался тем, что по сути дела устроил «аукционную продажу» спорной должности, обещая ее тому, кто согласится служить с меньшим жалованием, в итоге чего атаманом новокрещенов остался Никита Ильин, согласившийся служить, в отличие от Якова Черкасова, практически за «рядовой» оклад - 8 рублей.  Далее Никитин Н.И. делает вывод: «Таким образом, заслуги перед Отечеством деда челобитчиков Черкаса Александрова были в глазах воеводы Годунова П.И. менее весомы, чем небольшая (в 2 рубля в год) экономия «государевой казны»». Однако ни Никитин Н.И., ни другие исследователи, до сегодняшнего дня, почему-то не попытались выяснить – а кто такой был Никита Ильин, которому досталась должность атамана казаков новокрещенного списка? В тобольских имянных книгах XVII века служилые люди часто записывались только по имени и отчеству, а фамилия не указывалась. Так и казак литовского списка Никита Ильин в имянных книгах, к примеру - за 1661 год, записан по имени и отчеству, а фамилия его не указана [11]. Если же принять во внимание, что казак литовского списка Никита Ильин – не кто иной, как Никита Ильич Дурынин, внук Корнилы Петровича Дурынина, бывшего до Афанасия Черкасова атаманом новокрещенов, а еще и праправнук атамана Ивана Дурыни, то становится понятно, почему именно он стремился получить должность атамана новокрещенов. И в данном случае повторилась ситуация начала 30-х годов XVII века, когда после смерти Корнилы Петровича Дурынина его сыновья не смогли занять его места из-за малолетства, и на место атамана новокрещенов был назначен Афанасий Черкасов.

В свете замеченных мною фактов, мотивация решения воеводы Годунова П.И., когда он устраивал «аукционную продажу» спорной должности, с моей точки зрения, была иной, чем та, которую указывает Никитин Н.И. В данном случае перед воеводой Годуновым П.И. встал сложный вопрос: кому отдать предпочтение – внуку атамана Черкаса Александрова или праправнуку атамана Ивана Дурыни? И, видимо, заслуги перед Государем и Отечеством атамана Ивана Дурыни уравновесили заслуги перед Государем и Отечеством атамана Черкаса Александрова. Тогда, чтобы разрешить спор, воевода Годунов П.И. и принял весьма оригинальное решение - он объявил «аукционную продажу» спорной должности. Верстаный же в 1680 году по грамоте Великих Государей на должность атамана новокрещенов двоюродный брат Никиты Ильича Дурынина - Дорофей Васильевич Корнилов - сумел вернуть себе оклад деда, атамана Корнилы Петровича Дурынина, который составлял «… денег 14 рублев хлеба 9 четей ржи 6 четей овса 3 пуда соли» [12]. На сегодняшний день неизвестно – умер ли атаман Иван Дурыня от старости, или погиб в бою. Но известно, что тобольский казачий атаман Иван Дурыня явился основателем рода тобольских казаков Дурыниных, которым суждено было оставить свой след во всей последующей истории России - в рядах первопроходцев присоединять к России новые неизведанные земли, основывать новые города, охранять рубежи России от набегов иноземцев.

Проанализировав в имянных книгах XVII века персональный состав тобольских станиц казаков литовского списка, конных казаков и казаков новокрещенного списка я пришел к следующему выводу. В начальный период освоения Сибири в Тобольске были организованы три отдельные станицы конных казаков. В станицу казаков литовского списка были объединены литвины, в станицу казаков новокрещенного списка были объединены новокрещенные иноверцы, а в станицу конных казаков были объединены русские казаки. Это было сделано скорее всего для слаженности действий казаков каждой отдельной станицы, возможно для того, чтобы избежать языкового барьера между казаками каждой отдельной станицы в бою. К началу второй четверти XVII века в первых двух станицах служили уже обрусевшие сыновья тех, первых станичников, все прекрасно говорящие на русском языке. И поэтому при последующем верстании казаков в конные станицы на «выбылые оклады» национальный принцип ушел на второй план. Названия станиц остались лишь для того, чтобы можно было их отличать друг от друга. В результате действующей в XVII веке в Московском государстве системы местничества на место отца на службу заступал старший сын, а если он уже был поверстан в службу, - то следующий за ним. Остальные же сыновья верстались на «выбылой оклад», то есть на освободившиеся места, на которые никто не претендовал. Род, основанный тобольским атаманом Иваном Дурыней был очень многочисленный, и поэтому его представители служили и в станице казаков литовского списка, и в станице конных казаков, и в станице казаков новокрещенного списка, и в стрельцах, и в пеших казаках.

К сожалению, в архивах не сохранилось сведений о старших сыновьях атамана Ивана Дурыни – Петре и Мануйле. Младший же его сын - Яков Иванович Дурынин служил в станице тобольских новокрещенных казаков и в 1633 году под командою тобольского сына боярского Богдана Аршинского ходил «…в поход на Кучюмовых внучат и на государевых изменников на тарских татар и на колмацких людей по их задору которые приходили блиско государевых ясачных волостей Тарханских острошков и на зверовьях государевых ясачных людей грабили и побивали и наругаючись груду у них выпорывали а глаза выимали и на Белом озере от Тоболска во шти днищах на станишников на тоблсково сына боярсково на Филипа Обольянинов с товарыщи приходили»[13]. Внук атамана Ивана Дурыни - Корнила Петрович Дурынин, как указано выше, до начала 30-х годов XVII века служил в Тобольске атаманом станицы казаков новокрещенного списка [14]. Другой внук атамана Ивана Дурыни - Шестак Мануйлович Дурынин, служил в станице тобольских конных казаков [15].

Сыновья Якова Ивановича, Корнилы Петровича и Шестака Мануйловича Дурыниных – стрелец Никита Яковлевич Дурынин, пешие казаки Михаил Яковлевич, Андрей Шестакович и Афанасий Корнилович Дурынины - в 1639 году в отряде стольника и воеводы Петра Головина были посланы на годовую службу на реку Лену [16] и участвовали в основании Якутского острога. Внуки Корнилы Петровича Дурынина - Осип Михайлович и Федор Михайлович Корниловы, а также его правнук – Иван Иванович Корнилов - в 1684 году были отправлены в отряде казачьего головы Афанасия Ивановича Бейтона на годовую службу в Даурию для обороны Албазина [17]. Скорее всего Федор Михайлович и Иван Иванович Корниловы погибли при осаде Албазина войсками Цинской империи в период с 7 июня 1686 года по 6 мая 1687 года, так как в архивных документах тобольского гарнизона последующих лет они уже не упоминаются. Осип же Михайлович Корнилов в 1689 году был указан казачьим головой Бейтоном А.И. в списке последних оставшихся в живых защитников Албазина [18].

В 1686 году на годовую службу в Даурию были отправлены внук Якова Ивановича Дурынина – Иван Яковлевич Дурынин и внук Корнилы Петровича Дурынина – Никифор Васильевич Дурынин [19].  Здесь уместно отметить, что в связи с тем, что род казаков Дурыниных был очень большой, и во второй половине XVII века одновременно службу несли в Тобольске более десятка его представителей, зачастую с одинаковыми именами и отчествами (например, в 1661 году один сын Корнилы Петровича Дурынина - Василий Корнилович Дурынин - служил в станице казаков литовского списка [20], а другой сын Корнилы Петровича Дурынина - тоже Василий Корнилович Дурынин - служил в станице конных казаков [21]), к концу XVII века часть потомков атамана Корнилы Петровича Дурынина, проживающие в деревне на речке Медянке, основанной им, и получившей название Корнилова, а также проживающие в расположенной рядом деревне Кузнецова, стали именоваться Корниловыми, что видно уже в переписной книге Тобольского уезда 1683 года переписи Льва Поскочина [22]. Остальные же потомки Корнилы Петровича Дурынина сохранили фамилию Дурынин. Однако те казаки Дурынины, которые стали именоваться Корниловыми, если предоставлялась возможность, непременно подчеркивали в своих челобитных, что их предком является тобольский казачий атаман Иван Дурыня [23]. Указанный выше конный казак Василий Корнилович Дурынин, согласно сказки его сына, атамана станицы казаков новокрещенного списка Дорофея Васильевича Корнилова, был «… за службы ево верстан в дети боярские и служил в детях боярских лет семь» [12]. В тобольских детях боярских служил и Илья Корнилович Дурынин, а в 1682 году на место отца верстан его сын - Иван Ильич Корнилов [24]. В 1704 году в тобольских детях боярских указан еще один сын Ильи Корниловича Дурынина – Семен Ильич Корнилов [25].

Служба большинства потомков атамана Ивана Дурыни в XVII веке проходила в постоянных военных походах, как правило сопряженных с боевыми стычками с иноземными воинскими людьми. Потомков атамана Ивана Дурыни посылали в степи на калмыков, на годовую службу в Томский острог «для обереганья от прихода воинских людей», на Урал для прииска серебряной руды, «к Ямышу озеру по соль за меновою казною», «на Верхотурье и в слободы по хлебные запасы». Причем, казалось бы, совсем невоенный поход по соль к Ямышу озеру, зачастую оборачивался для казаков ожесточенными сражениями с воинственными кочевниками. Военные реформы царя Алексея Михайловича Романова, когда в Сибири во второй половине XVII века были организованы полки «нового строя» - рейтарские и драгунские, затронули и потомков атамана Ивана Дурыни.

В рейтарах служили двоюродные братья - Иван Васильевич и Дорофей Васильевич Корниловы, двоюродный брат их деда - Даниил Яковлевич Дурынин [26]. Даниил Михайлович Дурынин - сын тобольского пешего казака Михаила Яковлевича Дурынина - служил в Ялуторовской слободе в драгунах [27]. К 1680 году рейтарские полки показали свою несостоятельность при применении их в степи против кочевников и поэтому были распущены, а рейтары были определены на службу в тобольские конные казачьи станицы. Петровские военные реформы в начале XVIII века явились серьезным ударом по всему казачьему сословию Сибири. Большинство казачьих детей – потомков атамана Ивана Дурыни – в одночасье были записаны в солдаты и оказались оторваны от своих родовых деревень. В результате этих реформ, узаконивших постоянные рекрутские наборы в солдаты, был нарушен весь вековой жизненный уклад, так как рекрутируемое молодое поколение потомков атамана Ивана Дурыни оказалось вырванным практически навечно из своего родового гнезда. Хотя родовые линии потомков атамана Ивана Дурыни  и не пресеклись, однако темпы воспроизводства численности рода оказались замороженными на столетия.

В результате того, что подразделения Тобольского, Якутского и Енисейского пехотных полков в течении XVIII века постоянно меняли место постоянной дислокации, потомки атамана Ивана Дурыни, служившие в них, оказались волею военного начальства разбросанными по огромной территории Восточной Сибири, Забайкалья и Якутско-Охотского края. На сегодняшний день известно, что до 1739 года в Енисейском пехотном полку служил солдатом праправнук атамана Ивана Дурыни - Григорий Иванович Дурынин [28], а в 1748 году гренадером в этом же полку служил его старший брат - Семен Иванович Дурынин [29]. В 1764 году в Троицком драгунском полку строевым драгуном служил их племянник - Афанасий Иванович Дурынин [30]. Часть потомков атамана Ивана Дурыни в конце XVIII века продолжила службу в казаках Тобольской русской казачьей команды. В 1793 году в списках этой команды указаны прапорщики Василий и Никифор Корниловы, а также капрал Василий Митрофанович Корнилов [31]. В связи с тем, что в имянном списке лицам, уволенным на основании высочайше утвержденного 17 июня 1868 года мнения Государственного Совета из казачьего ведомства для приписки к податному сословию, тобольских казаков Корниловых, потомков атамана Ивана Дурыни, не значится, можно сделать вывод, что к этому времени они были переведены на службу в другую местность [32].

Сам казачий атаман Иван Дурыня, как уже было сказано выше, проживал в своем доме в Тобольске и имел в 1614 году деревню под Тобольском на речке Шанталыке где-то рядом с современным поселком Прииртышским [33]. Потомки тобольского атамана Ивана Дурыни владели несколькими деревнями и заимками в окрестностях Тобольска. Его внук - атаман новокрещенов Корнила Петрович Дурынин, в 1623 году владел деревней на притоке Тобола - речке Медянке [34]. Эта деревня впоследствии получила название Корнилова, а ныне она называется Медянки русские. В ней потомки атамана Ивана Дурыни проживали еще в начале XX века. Другой внук атамана Ивана Дурыни – Шестак Мануйлович Дурынин, в 1623 году владел деревней на притоке Тобола – речке Плоской [35]. На притоке Иртыша – речке Ленчиме в 1623 году находилась заимка сына Шестака Мануйловича Дурынина – Павла [36]. На левом берегу Иртыша недалеко от Кугаевского погоста в начале XVIII века находилась деревня Дурынина. Кому из казаков Дурыниных она принадлежала - пока неизвестно. В 1720 году в ней потомки атамана Ивана Дурыни уже не проживали [37].

Ориентировочно в середине 20-х годов XVII века сыном атамана Ивана Дурыни – Яковом Ивановичем Дурыниным на правом берегу реки Иртыш у устья речки Винокуровки была основана еще одна деревня Дурынина [38]. Именно из этой деревни уже в XX веке на фронт Великой Отечественной войны ушли двенадцать потомков атамана Ивана Дурыни. Пятеро из них погибли, отдав жизни за свою Родину. Эта деревня Дурынина сохранилась до наших дней. Потомки атамана Ивана Дурыни проживают в ней до сих пор.  От тобольской ветви потомков атамана Ивана Дурыни в начале XVIII века отпочковалась камчатская ветвь.

В самом начале 1700-х годов тобольские казаки стали направляться на службу через Якутск на Камчатку. Так, в имянной книге 1706 года города Якутска указано, что казак девятой пятидесятни «Яков Корнилов сын Дурыниных на Камчатке от иноземцов убит» [39]. Яков Корнилович Дурынин был правнуком атамана Корнилы Петровича Дурынина. В этой же книге указан рядовой казак тринадцатой пятидесятни Никита Дурынин [40], который в дальнейшем тоже был отправлен на годовую службу на Камчатку. К настоящему времени не удалось установить чьим сыном был Никита Дурынин, но известно несколько ярких исторических эпизодов, участником которых он являлся.  В отписке Якутскому воеводе приказчика камчадальских острогов Василия Колесова от июня 1713 года казак Никита Дурынин, служивший в Верхнекамчатском остроге, указан в списке верхнекамчатских казаков, уроженцев Тобольска, которые «первоначальные на Камчатке бунтовщики»[41].

Действительно, в 1711 году Никита Дурынин был одним из участников камчатского казачьего бунта, в результате которого были убиты приказчики Владимир Атласов, Петр Чириков и Осип Миронов [42]. Причиной бунта была чрезмерная жестокость приказчиков при наказании казаков за разные провинности. Казаки хотя и бунтовали, но никогда не забывали о своей службе Государству Российскому, и поэтому в том же 1711 году они пошли в поход на Большую реку, разбили ительменский острог на этой реке и положили основание Большерецкому острогу. В наказание за участие в казачьих бунтах Никита Дурынин, по всей видимости, был оставлен на Камчатке навечно, но, несмотря на это, он в дальнейшем пользовался большим доверием Камчатской администрации.

Так, в 1713 году по приказу приказчика Ивана Енисейского «…был поход из Нижнего Камчатского острогу на Авачю реку, где убили Данила Анцыфорова с товарыщи, а было во оном походе служивых 120, да камчадалов 150 человек под коммандою служивого Никиты Дурынина, которые, пришед под острожек авачинских иноземцов, стояли под ним недели с две, а между тем приступали они под острожек два раза, а взять его не могли. Напоследок его огнем сожгли, и бывших в нем иноземцов, которые во время пожара из острожку выходили, побивали, оставя малых людей, которые до пожару своею волею из острожка к ним приходили и ясак платить обещались. Оттуда походчики пошли на реку Паратунку, где был иноземческой острожек, которой також де боем взяли, а по взятии оного острожка оставших с бою иноземцов и ясак платить принудили. От того времени на Аваче реке ясак платить стали иноземцы, а прежде того не плачивали, но все почти в измене были»[43].

Известно также, что в 1731 году Никита Дурынин во главе верхнекамчатских казаков совместно с большерецкими казаками участвовал в подавлении самого жестокого в истории Камчатки Харчинского бунта, когда восставшие ительмены задумав «всех русских на Камчатке перевесть» напали на Нижнекамчатский острог и «…бывших в остроге служивых людей и казачьих детей, не щадя и малых робят били, также и несколько женского полу, сперва наругався над ними, перекололи, а иных в холопи себе и в наложницы побрали, и хвалились собак казачьих на Камчатке вывести»[44]. Именно Никита Дурынин явился основателем многочисленной камчатской ветви потомков атамана Ивана Дурыни. У него было 6 сыновей – Никита, Лука, Семен, Григорий, Алексей и Лаврентий [45]. Старший сын Никиты Дурынина, казак Никита Никитич Дурынин, в должности квартирмейстера участвовал в 1766 – 1770 годах в секретной экспедиции Креницына П. К. и Левашова М. Д. к берегам Русской Америки. Он был одним из 13 чудом уцелевших членов команды во время крушения галиота «Св.Павел» 9 января 1767 года на скалах у седьмого Курильского острова [46]. Сыновья Никиты Дурынина, Лука Никитич, Семен Никитич, Григорий Никитич Дурынины, в 1739 -1742 годах поочередно участвовали в качестве сопровождающих и толмачей в экспедиции по Камчатке Крашенинникова С. П. [47].

Очень многочисленная камчатская ветвь потомков атамана Ивана Дурыни, идущая от верхнекамчатского казака Никиты Дурынина на настоящий момент еще исследуется. На сегодняшний день известно, что в начале XIX века в связи с постоянным реформированием воинских частей на Камчатке, верхнекамчатские казаки Дурынины сначала были определены в Камчатский гарнизонный батальон, затем в Камчатскую казачью команду, а далее - в Камчатскую экипажную роту, служа в которой стали моряками. К середине XIX века часть казаков Дурыниных служили на Камчатке матросами, а часть, после окончания Охотского, а затем Николаевского штурманского училища, служили кондукторами или штурманами. Камчатские потомки атамана Ивана Дурыни приняли участие в героической обороне Петропавловска 18 – 24 августа 1854 года от нападения англо-французской эскадры во время Крымской войны 1853 – 1856 годов. В Петропавловской обороне на транспорте «Иртыш» участвовал матрос 2-й статьи 47 флотского экипажа Гавриил Пантелеевич Дурынин[48].

В сражении 24 августа 1854 года на Никольской сопке, когда защитники Петропавловска в штыковой атаке сбросили англо-французский десант с обрыва сопки в море, добровольцем участвовал отставной матрос Гавриил Тимофеевич Дурынин [49], который служил в доме военного губернатора Камчатки Завойко В.С. Гавриил Тимофеевич Дурынин отвез семью Завойко В.С. – жену Юлию и его детей, вверх по реке Аваче на дальний хутор, а сам вернулся защищать Петропавловск и погиб в бою, уложив перед этим своими меткими выстрелами не одного врага. Он был похоронен в братской могиле павших защитников Петропавловска у подножия Никольской сопки.

В морском сражении с судами англо-французской эскадры 8 - 9 мая 1855 года в заливе Де-Кастри возле острова Сахалин принимали участие на корвете «Оливуца» матрос 1-й статьи Федор Иванович Дурынин [50], а на транспорте «Иртыш» - штабс-капитан корпуса флотских штурманов Аникита Сидорович Дурынин.  Кстати, кавалер ордена Св.Станислава 3-й степени штабс-капитан корпуса флотских штурманов Аникита Сидорович Дурынин, награжденный за это сражение бронзовой медалью на Андреевской ленте в память войны 1853-1856 годов, в октябре 1868 года был переведен на службу в 8-й флотский экипаж, который был расквартирован в г.Санкт-Петербурге [51]. У него был сын Василий, от которого, предположительно, могла пойти санкт-петербургская ветвь потомков атамана Ивана Дурыни.

В 1860 году гидрографической экспедицией подполковника корпуса флотских штурманов Бабкина В.М. на винтовой шхуне «Восток» мыс, расположенный на северном берегу бухты Юзгоу (нынешнее название – бухта Краковка) Японского моря, был назван мысом Дурынина [52]. В исторической литературе на сегодняшний день не указано в честь кого именно из камчатских казаков-мореходов Дурыниных назван этот мыс. Но сегодня это не так уж важно, тем более, что ответ на этот вопрос, я думаю, скоро будет найден в архивах. Сегодня важно то, что, оглянувшись с этого мыса Дурынина, с этого края Русской земли, на бескрайние просторы нашей Родины, которую своими тяжелыми трудами в беззаветной любви к ней и в самоотверженном служении Православной Вере выпестовали казаки, оглянувшись на три героические столетия казачьего первопроходческого движения, можно сказать, что их Великий Святой поход «встречь Солнцу» удался, а имя славного тобольского атамана Ивана Дурыни его потомки через эти столетия пронесли со славою и честью!

Хочу выразить огромную благодарность московской исследовательнице Елене Альбертовне Черновой за сделанные ею и любезно предоставленные мне выписки по представителям тобольского казачьего рода атамана Ивана Дурыни из дел Российского государственного архива древних актов. Также я хочу выразить огромную благодарность камчатскому краеведу члену Союза писателей России Сергею Ивановичу Вахрину за любезно предоставленные мне выписки из дел Российского государственного архива Военно-Морского флота. Я очень благодарен известному тобольскому исследователю Николаю Григорьевичу Злыгостеву за оказанную мне консультативную помощь.

Дурынин С.Е. Статья из сборника «Генеалогия в контексте изменения культуры жизненного пути». Всероссийская научно-практическая конференция.

XIV Тюменские родословные чтения 23-24 ноября 2018 года.

Литература и источники:

1.Верхотурские грамоты конца XVI – начала XVII/Сост.Е.Н.Ошанина.Москва,

1982.Т.1.С.117.

2.Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею.

СПб.,1841.Т.2.С.59.

3.Верхотурские грамоты конца XVI – начала XVII/Сост. Е.Н.Ошанина.Москва, 1982.Т.2.С.242.

4.Буцинский П.Н. Заселение Сибири и быт первых ее насельников.Тюмень: Издательство Ю.Маиндрики,1999.С.122.

5.Резун В.Я. Родословная сибирских фамилий: История Сибири в биографиях и родословных. Новосибирск: ВО «Наука»,1993.С.56-57.

6.Оглоблин Н.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирскаго приказа (1592-1768 гг.). Ч.1.Документы воеводскаго управления. Москва, 1895.С.87.

7.Российская Историческая Библиотека, издаваемая Археографическою комиссиею. СПб.,1875. Т.2.Стлб.1067.

8.Тобольск. Материалы для истории города XVII и XVIII столетий.Москва,1885.С.8.

9.ГБУТО «ГА в г.Тобольске».Ф.И70.Оп.1.Д.86.Л.14.

10.Никитин Н.И. Соратники  Ермака  после «Сибирского взятья» // Проблемы истории России. Вып.4.Евразийское пограничье.Сб. научных трудов. Екатеринбург,2001.

С.66–67.

11.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Д.409.Л.137.

12.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.948.Л.230.

13.РГАДА.Ф.214.Оп.3.Д.525.Л.31.

14.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.14.Л.87об.

15.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.14.Л.85.

16.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.130.Л.159об.,160об.,162,163.

17.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.948.Л.290об.,285.

18.Иванов Р.С. Краткая история Амурского казачьего войска. Благовещенск: Типография Войскового Правления Амурского казачьего войска,1912 С.36.

19.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.948.Л.240,276.

20.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.409.Л.138.

21.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.409.Л.147.

22.РГАДА.Ф.214.Оп.5.Кн.261.Л.151-152.

23.Преображенский А. А. У истоков народной историогра­фической традиции в освещении проблемы присоединения Сибири к России // Проблемы истории общественной мысли и историографии. Москва,1976.С.382.

24.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.948.Л.113об.

25.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.1376.Л.207об.

26.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.948.Л.214об.,230,239об.

27.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.610.Л.168об.

28.ГБУТО «ГА в г.Тобольске».Ф.И156.Оп.15.Д.292.Л.95.

29.РГВИА, Ф.490.Д.316.Л.12об.-13.

30.ИАОО.Ф.1.Оп.1.Д.122.Л.95об.

31.РГВИА.Ф.489.Оп.1.Д.3756.Л.10об.-12,16об.-17.

32.ГБУТО «ГА в г.Тобольске».Ф.И154.Оп.16.Д.159.

33.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.3.Л. 90.

34.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.3.Л.159об.

35.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.3.Л.162.

36.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.3.Л.88об.

37.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.1617.Л.575.

38.РГАДА.Ф.214.Оп.1.Кн.1617.Л.559-559об.

39.Сибирские города.Материалы для их истории XVII и XVIII столетий.Нерчинск.Селенгинск. Якутск. Москва,1886.С.93.

40.Сибирские города.Материалы для их истории XVII и XVIII столетий.Нерчинск.Селенгинск. Якутск. Москва,1886.С.96.

41.Памятники Сибирской истории XVIII века. СПб.,1882. Кн.1. С.551.

42.Крашенинников С.П. Описание земли Камчатки. С приложением рапортов, донесений и других неопубликованных материалов. Москва: Издательство Главсевморпути,1949.С.742.

43.Там же.С.756.

44.Там же.С.766.

45.РГАДА.Ф.350.Оп.2.Д.4194.Л.107-107об.,108об.

46.Алексеев А. И. Судьба Русской Америки. Магадан:Кн.изд-во,1975.С.68.

47.Крашенинников С.П. Описание земли Камчатки. С приложением рапортов, донесений и других неопубликованных материалов. Москва: Издательство Главсевморпути,1949.С.588,611, 629,630,633.

48.РГАВМФ.Ф.406.Оп.5.Д.803.Л.353об.-354.

49.РГАВМФ.Ф.406.Оп.5.Д.515.Л.765об.-766.

50.РГАВМФ.Ф.406.Оп.5.Д.803.Л.237об.-238.

51.РГАВМФ.Ф.406.Оп.3.Д.667.Л.357-367об.

52.Степанов А.И. Русский берег.История географических названий.Владивосток: Дальневосточное книжное издательство,1976.С.28.     

 

 

Поиск по сайту:


Текущие новости:
ЗАСЛУЖЕННАЯ НАГРАДА ВЕТЕРАНА ЯМАЛА
Обновление от 09.12.2018г. КУДА ПОДАТЬСЯ: В ЕППУЦ ИЛИ В ШАМБАЛУ?
КАЗАКИ ОЦЕНИЛИ РАБОТУ АТАМАНА ОПКЛ НА «ЛЮБО!»
КОДЕКС ЧЕСТИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА – СОВРЕМЕНЕН И В ХХI ВЕКЕ
ТУПИКОВЫЙ ПЕРИОД СТАМБУЛЬСКОГО ПАТРИАРХА ВАРФАЛАМЕЯ
ИНФОРМАЦИОННОЕ СООБЩЕНИЕ ИЗ ОМСКОЙ ОБЛАСТИ
РОЖДЕСТВЕНСКИЕ ЧТЕНИЯ НА КРАЙНЕМ СЕВЕРЕ
СИБИРЯКИ-СЕМИРЕЧЕНЦЫ ПОДДЕРЖАЛИ КАЗАКОВ С ЯМАЛА
ИНФОРМАЦИОННОЕ СООБЩЕНИЕ
Обновление от 23.11.2018г. О ТОБОЛЬСКОМ КАЗАЧЬЕМ АТАМАНЕ ИВАНЕ ДУРЫНЕ И ЕГО ПОТОМКАХ.; ПОКОЛЕННАЯ РОСПИСЬ ПОТОМКОВ ТОБОЛЬСКОГО КАЗАЧЬЕГО АТАМАНА ИВАНА ДУРЫНИ
Обновление от 21.11.2018г. ЕРМАК: ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ-СПРАВОЧНИК /под ред. Г.С. Зайцева и В.И. Степанченко. Изд. Тюменского государственного университета 2018г.
О КОНКУРСЕ ПРОЕКТА ПАМЯТНИКА 483 ПЕХОТНОМУ ОБДОРСКОМУ ПОЛКУ
КАЗАЧЬЕ ХОДАТАЙСТВО
Обновление от 20.11.2018г. БУДУЩЕЕ ЕППУЦ: ЧТО ЗАПАДНЫЕ КУРАТОРЫ ГОТОВЯТ ФИЛАРЕТУ?
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ГУБЕРНАТОРУ ОТ КАЗАКОВ ОПКЛ

© В. И. Степанченко, 2011 Все права защищены.

Яндекс.Метрика