Главная О проекте Партнеры Вопрос-ответ Контакты
История
Общая история казачества
Казачий уклад
Православие и другие религии в казачестве
Воинский уклад
Вооружение и экипировка
Казачья одежда
Сведения о войсках (исторических и современных)
Обско-Полярная казачья линия Сибирского казачьего войска Союза казаков России
Научный Координационный Совет по изучению историко-культурного наследия казачества Урало-Сибирского региона
Казачьи родословные
Репрессии и расказачивание
Законодательство
Исторические документы
Современное федеральное законодательство
Нормативные акты органов государственной власти субъектов РФ
Мнения, предложения при разработке казачьих нормативов
Нормативные акты Союза казаков России и его подразделений
Публицистика
Статьи
Выступления
Обращения
Заявления
Письма
Различные издания
Книги
Научные сборники
Газеты и журналы
Календари
ФОТО АРХИВ
Казачье искусство
Песни
Живопись
Стихи
НОВЫЙ ФОТО-ВИДЕО АРХИВ

МИФЫ И РЕАЛИИ ТЕРРОРА

"Коммерсантъ" собрал поразительные факты о советских репрессиях

   30 октября — это День памяти жертв политических репрессий. В Советской России репрессии начались сразу после Октябрьской революции и приобрели массовый характер после укрепления Сталина во власти. А в 1937 году нарком внутренних дел СССР Николай Ежов издал приказ №00447, который дал старт Большому террору. Документ требовал расстрелять 82 700 человек и еще 193 400 человек выслать в лагеря. В дальнейшем эти цифры были многократно превышены. По подсчетам международного общества «Мемориал», общее число репрессированных — в том числе раскулаченных и насильственно перемещенных — может достигать 12 млн человек. Но официально установлены имена примерно 3,1 млн. Исследователи архивов говорят: тема репрессий еще не изучена до конца, а работа с документами зачастую приносит неожиданные подробности. «Коммерсантъ» предложил экспертам рассказать исторические факты, которые их больше всего поразили — и которые развенчивают устоявшиеся мифы о советских репрессиях. 

Миф 1: Советские репрессии завершились десятки лет назад, и сейчас от этого периода сохранились лишь документы в архивах.

        Факт: ГУЛАГ остается не только в архивных документах. Жертвы сталинских репрессий живут сегодня и могут поделиться воспоминаниями.

Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа:

«ГУЛАГ — он рядом, вернее, его жертвы рядом. Они могут быть нашими соседями по лестничной клетке. У меня так и случилось — дедушка из соседней квартиры был в лагерях. И я об этом узнал совершенно случайно, уже работая в музее. В Москве до сих пор живут люди, которые прошли через лагеря. Их остались единицы, и они попадали туда детьми. Есть от этого ощущение непрерывности: жертвы репрессий жили не когда-то давно — они еще недавно были с нами. А если говорить про детей, которые родились в ссылках, которых отправили в детские дома после расстрела родителей, — этих людей очень много. И я их часто встречаю. Например, на блошином рынке начинаешь разговаривать с человеком, который продает какие-то старинные вещи, — а он родился в лагере. Водитель в маршрутке, или просто человек в вагоне метро видит, что я читаю про ГУЛАГ, и начинает рассказывать про свою жизнь. Вот эта близость каждый раз меня поражает».

Миф 2: Места массовых захоронений известны из сохранившихся документов. Установлено, кто и где похоронен.

        Факт: Многие места захоронений не выявлены, где они находятся — неизвестно. Что касается имен, то даже в Москве нет полных данных обо всех расстрелянных и закопанных на «полигонах». Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа:

«Мы до сих пор не знаем всех мест массовых захоронений. У нас есть спецобъект "Коммунарка", Бутовский полигон — известные географические точки, но мы до сих пор не знаем до конца, кто там захоронен. И еще есть огромное количество мест, которые вообще неизвестны. Там лежат десятки тысяч, сотни тысяч наших сограждан. Казалось бы, сегодня — XXI век, Россия строит свое будущее… Но даже в Коммунарке, на территории Новой Москвы, мы только в прошлом году закончили исследования и выявили места массовых захоронений. Прямого указания от правительства — выявить места массовых захоронений — нет. Это все делается по инициативе людей в регионах. Более того, они сталкиваются с препятствиями: возбуждаются административные дела под разными предлогами либо людям прямо говорят, чтобы они перестали заниматься поисками. Все это противоречит концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий. Для нас сейчас это большая цель — выявить все места массовых захоронений».

Миф 3: Репрессивный механизм работал сам по себе: решения принимались на местах, а Сталин как глава государства не имел представления о масштабах террора.

          Факт: Сталин лично курировал весь документооборот, касающийся репрессий. Он не только подписывал разрешения увеличить расстрельные списки, но даже указывал, какие процессы освещать в прессе.

Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа:

«Все процессы вокруг приказа №00477 курировал лично Сталин. Даже мелкие вопросы — например, про освещение в прессе показательных процессов. На самом приказе №00447 нет подписи Сталина, это дело рук Ежова. Но понятно, что Ежов лишь исполнитель. А вот все остальные шифрограммы, которые касались этого приказа, приходили лично Сталину, и он подписывал все, даже про незначительные вещи. И все проходило через главу государства. Его визы были в том числе на таких кровавых документах, как "тысяча человек расстреляны, дайте лимит еще на 500". Поражает, что над репрессиями был такой чиновничий аппарат, и один человек все это курировал. Репрессивный механизм, который управлялся одним человеком».

Фото: предоставлено Музеем истории ГУЛАГа

Миф 4: Власти и исполнители не получали никакой выгоды от репрессий. Они рассматривали происходящее исключительно с идеологической точки зрения — как «чистку» от неблагонадежных элементов.

         Факт: У репрессий была имущественная сторона: нажитое «врагами народа» имущество можно было отнять и оставить себе. «Чистка» превратилась в мародерство.  Оксана Труфанова, юрист, автор книги «Большой террор в Челябинской области»:

«Поражают факты вымогательства. Когда следователь НКВД, уже зная, что человек обречен, будет расстрелян, обещает ему лучшую участь, если его родственники принесут ему деньги или одежду. Люди пишут семьям, просят высылать на имя следователей "валенки теплые", "30 рублей денег", а через три дня их расстреливают. Такое было с челябинцем Иваном Чевардиным, которого расстреляли как "врага народа" в 1938 году. Также мне рассказывала малолетняя узница Акмолинского лагеря жен изменников родины (в Казахстане. — “Ъ”), которая сейчас живет в Израиле, что то же самое было в Минске. Жена на имя следователя носила передачки мужу, а муж уже был расстрелян. То есть это был способ заработка».

Миф 5: Судьи и члены особых троек НКВД даже если и считали, что человек, попавший под репрессии, невиновен — не говорили об этом, так как это противоречило политике партии.

       Факт: Судьи и члены особых троек НКВД могли заявить, что человек, попавший под репрессии, невиновен. Но их карьера в дальнейшем резко обрывалась.

     Сергей Прудовский, исследователь архивов, автор книги «Спасская красавица» о его репрессированном деде и «харбинской операции» НКВД:

«Я знакомился с делом 23-летней Надежды Шеремет-Шевченко, она приехала из Харбина в СССР в 1935 году после продажи Китайско-Восточной железной дороги. В начале 1937 года военный трибунал Харьковского военного округа осудил ее и дал пять лет по ст. 54 УК УССР (контрреволюционная деятельность.— “Ъ”). В ее деле я нашел поразительный документ — особое мнение члена военного трибунала Яна Клявина-Вахсмана, который заявил, что она полностью невиновна. Через несколько месяцев после вынесения особого мнения он перестает быть судьей, переезжает в Москву, с августа 1937 года работает в Кашире заведующим лесхозом. Там его и арестовывают и расстреливают по обвинению в участии в фашистской латышской организации.

Выдержка из особого мнения Яна Клявина-Вахсмана за 10.02.1937: «Исходя из вышеизложенного — я считаю, что Шеремет-Шевченко не виновна за то, что ее с малых лет воспитывали в духе фашизма и антисоветских настроений и в том, что она жила в Харбине при родных у белогвардейских эмигрантов и в том, что она никогда не жила в СССР,— судить (за это) нельзя, как равно и нельзя ее обвинять и судить за то, что она состояла в фашистской организации, живя среди эмигрантов, воспитываясь в ее среде, даже в той же эмигрантской русской гимназии, где ее воспитывали в антисоветском духе и против Советской власти, но нужно учесть, что с момента ее приезда в СССР она с радостью и любовью относится к Советскому Союзу как к своей родине, вырвавшаяся из того гнусного общества белогвардейских эмигрантов, где кроме клеветы на СССР она ничего не слышала, здесь она с любовью отдает себя творческой работе вместе со всем рабочим классом Советского Союза, строящим социализм, считаю, что ее не за что наказывать, а наоборот, нужно дать ей возможность жить на свободе».

Фото: предоставлено Сергеем Прудовским

Миф 6: Особые тройки НКВД всерьез изучали доказательства, собранные в деле, и выносили приговор, опираясь на них.

       Факт: Особые тройки НКВД отправляли людей на смерть и в лагеря, даже не вчитываясь в материалы дела. Судебный процесс мог длиться меньше минуты. Историк, исследователь архивов Константин Богуславский:

«Генпрокурор СССР Роман Руденко — главный гособвинитель от СССР на Нюрнбергском процессе — на заре карьеры был прокурором особой тройки. 24 сентября 1938 года "тройка" Руденко в Сталинской области (позже — территория Донецкой области УССР. — “Ъ”) рассмотрела 672 дела, приговорив 531 человека к расстрелу и 141 к заключению в лагеря. Изучить и вынести решения по такому количеству дел за один рабочий день невозможно даже теоретически. Даже если тройка работала десять часов, то все равно они не могли рассмотреть каждое дело — это 67 дел в час. Я обнаружил несколько томов c актами об исполненных расстрелах. Записи гласят: "Смерть констатировал прокурор. Труп предан земле". Под каждым актом — личная подпись Руденко. То есть он не только приговаривал людей к смерти, но и был участником расстрела. Сейчас у Генпрокуратуры есть ведомственная медаль имени Руденко, которой награждают за безупречную службу».

     Александр Макеев, историк, автор книги «Сиблаг НКВД. Последние письма пастора Вагнера» о его репрессированной семье:

«Когда я изучал историю моих репрессированных родных, то меня поразила скорость вынесения решений и ведения дел. Дело моего прадеда велось один день, а через две недели его расстреляли. И это далеко не самое быстрое ведение дела, как я понял».

      Дело Вольдемара Вагнера было заведено 10 сентября 1937 года, а завершено 11 сентября 1937 года. Следователь указал: «В данном деле достаточно изобличающих материалов и данных для предания суду з/к Вагнера, дальнейшего следствия по делу не требуется».

Миф 7: Людей расстреливали по 58-й статье за высказывания против режима, но смертью карался только глава семьи, а его детей и жену отправляли в лагеря.

        Факт: Высшая мера наказания за антисоветскую агитацию могла быть назначена целым семьям. За отцами расстреливали детей.

Сергей Прудовский, исследователь архивов, автор книги «Спасская красавица» о его репрессированном деде и «харбинской операции» НКВД:

«Я знакомился с делами по репрессиям в Москве, и меня поразил случай, когда за антисоветскую агитацию была приговорена к расстрелу вся семья. Это были Ефрем Большаков и два сына — Михаил и Парфен, 1912 и 1918 года рождения. Они работали на строительстве автозаводе имени Сталина возчиками. Всех троих арестовали в августе 1937 года, а в начале сентября расстреляли на полигоне в Бутово».

Миф 8: Человеку зачитывали приговор, потом отвозили в камеру, а оттуда уже уводили на смерть.

          Факт: Приговоренные к расстрелу обычно до последнего момента не знали о своей участи. Но были исключения, когда информация просачивалась в камеры смертников.

Оксана Труфанова, юрист, автор книги о репрессиях на Южном Урале «Большой террор в Челябинской области»:

«Поражает процедура расстрелов. Она требовала, чтобы человек не знал о своей участи. Людей приговаривали к высшей мере наказания, но они до последнего не знали об этом. Им говорили, что их куда-то отправляют, якобы на этап. Люди брали с собой вещи, а их приводили в подвал тюрьмы, раздевали, а затем расстреливали. Вещи чекисты забирали с собой.

Но есть и другие свидетельства. Я читала книгу Ивана Матвеевича Зайцева "Четыре года в стране смерти". Он был осужден, отправлен в Соловецкий лагерь, оттуда бежал в Китай. Он описывал, как заключенные на Лубянке ждали смерти. Расстрелы велись со среды на четверг. Если кого-то не успевали расстрелять, то все откладывалось на неделю. Люди знали свою участь и всю неделю ждали этого. В среду заключенные накрывались одеялами с головой и лежали весь день. Когда в ночь на четверг к ним заходили и называли фамилии, то никто не откликался. Но их все равно выволакивали из камеры. Люди кричали, а все остальные молчали, накрывшись одеялом. Такая психология людей — меня не коснулось, и хорошо. Это вот страшно. А на следующий день все в камере уже жили как будто ничего не было, никаких расстрелов».

Миф 9: После смерти Сталина началась реабилитация жертв репрессий. Состав судов сменился, и уже другие судьи исправляли преступные ошибки предшественников.

         Факт: Реабилитацией жертв репрессий занимались те же люди, кто отправлял обвиняемых в ссылку и на расстрел.

Сергей Прудовский, исследователь архивов, автор книги «Спасская красавица» о его репрессированном деде и «харбинской операции» НКВД:

«Когда я стал знакомиться с делом дедушки, то получил из архивов справку о его реабилитации за 1955 год, которая была подписана председателем Военной коллегии Верховного суда Чепцовым. Это оказался тот же Чепцов, который участвовал в судебном заседании по делу деда, приговоренного в 1941 году к 15 годам лишения свободы в исправительно-трудовом лагере. Тогда Чепцов был военным юристом первого ранга».

     7.07.1941. Из приговора агроному Степану Кузнецову: «Предварительным и судебным следствием установлено, что Кузнецов являлся участником а/с (антисоветской.— “Ъ”) организации на КВЖД, по заданию которой проводил подрывную деятельность против СССР. Кроме того, он был завербован японской разведкой и проводил шпионскую работу против СССР». Среди подписей: член Военной коллегии Верховного суда СССР военный юрист первого ранга товарищ Чепцов.

      22.07.1955. Справка. «Приговор Военной коллегии от 7 июля 1941 года в отношении Кузнецова С. И. по вновь открывшимся обстоятельствам отменен, и дело за отсутствием состава преступления прекращено». Председательствующий Военной коллегии Верховного суда СССР А. Чепцов.

Миф 10: О национальных операциях НКВД все уже известно: историки хорошо поработали с архивными документами.

          Факт: Несмотря на то, что про национальные операции НКВД написано много книг и научных статей, в архивах до сих пор остается много документов, с которыми никто не работал.

Сергей Прудовский, исследователь архивов, автор книги «Спасская красавица» о его репрессированном деде и «харбинской операции» НКВД:

«Действительно, про национальные операции написано много работ. Но когда я оказался в Омском архиве и стал знакомиться с протоколами двоек комиссии НКВД и прокурора СССР, то оказалось, что до меня с ними никто не работал. И вообще к этим документам обращалось очень редко, в основном сотрудники КГБ наводили какие-то справки. Это очень хорошо видно по листам использования. Работ много, а никто в архивах не изучал документы. Между тем в протоколах двоек написаны все фамилии осужденных, указано, к чему они приговорены. Там же можно узнать даты рассмотрения, какое управление НКВД представляло материалы, какие решения приняли и кто подписал эти протоколы. Там же есть альбомные справки на всех, кто прошел через комиссию,— это тоже ценный материал, с ним никто не работал».

Миф 11: Участники расстрельных команд так или иначе понесли наказание в рамках Уголовного кодекса.

           Факт: Одни исполнители расстрелов были сами репрессированы, другие вели спокойную жизнь, получали ведомственные награды.

Александр Макеев, историк, автор книги «Сиблаг НКВД. Последние письма пастора Вагнера» о его репрессированной семье:

«В моей семье только по отцовской линии около 30 человек репрессированных. Предков мамы я еще не осилил. Я также разыскал сведения о тех, кто участвовал в убийстве моего прадеда. Меня поразило, что исполнители расстрелов зачастую выжили и вели спокойную жизнь. И получали награды, в том числе военные. Вот некоторые из них. Писклин Иван Александрович, заместитель начальника отдела охраны Управления исправительно-трудовых лагерей и мест заключения УНКВД, Новосибирск. Он был докладчиком на заседании "тройки" по делу прадеда, оформил приказ о приведении приговора в исполнение. После Сибири работал в лагерях Архангельской области и Республики Коми на разных должностях. Куча наград, ветеран труда. Умер от старости почетным пенсионером Новгородской области в 1988 году. Моисеев Вячеслав Осипович, помощник Писклина. Получил от него приказ организовать расстрел 27 человек, среди которых был мой прадед. Сам участвовал в расстрельной команде. В 1965 году вышел на пенсию. Умер от старости в 1983 году. Капустин Сергей Иванович, организатор расстрела «на месте», работник НКВД в Антибесском ОЛП, куда были свезены эти 27 осужденных к расстрелу з/к из разных лагерей в окрестностях Мариинска. Участвовал в расстрельной команде. Закончил жизнь скромным заведующим библиотекой на нефтеперерабатывающем заводе в городке Новокуйбышевск под Самарой в 1971 году. Интересно, кто-нибудь из коллег подозревал, что их библиотекарь массово убивал безоружных людей?»

Миф 12: Мы не знаем все имена жертв репрессий. Многие из них все еще скрыты в архивных документах.

          Факт: Мы не знаем все имена жертв репрессий и не узнаем их полностью никогда, в частности, из-за особенности ведения документооборота.

Оксана Труфанова, юрист, автор книги о репрессиях на Южном Урале «Большой террор в Челябинской области»:

«В Книгах памяти далеко не все имена. Начинаешь изучать архивные дела, а там куча фамилий, которых нигде больше нет. А еще в уголовных делах могут быть ошибочно указаны фамилии. Тогда следователи не церемонились с фамилиями, допускали ошибки. У нас есть дедушка, ему 96 лет. Он до сих пор ищет своего брата, который был в трудовой армии в Челябинске. Тут его и судили. Он умер в лагере и был где-то закопан. И дедушка до сих пор не может от ФСБ и от информационного центра МВД получить данные о брате, потому что фамилию явно ошибочно написали. Нам ответили, что у них был Шолле, а не Шилло, а в уголовном деле он был, видимо, еще как-то по-другому записан. То есть очень много безвестных людей где-то лежит, а родственники не знают их судьбу».

Анастасия Курилова «Коммерсантъ»  от 30.10.2020  "

© 1991–2020 АО «Коммерсантъ». All rights reserved

С шифровками можно ознакомиться в разделе сайта «НОВЫЙ ФОТО-ВИДЕО АРХИВ»

Поиск по сайту:


Текущие новости:
СТАТЬЯ ПИСАТЕЛЯ И ИСТОРИКА
Обновление от 30.11.2020г. Постановление Губернатора ЯНАО от 28.09. 2020 года «О рабочей группе при Правительстве Ямало-Ненецкого автономного округа по делам казачества
ГЛАВА ЯМАЛЬСКОГО РАЙОНА ОТМЕТИЛ В ТЮМЕНИ ВЕТЕРАНОВ
ГЛАВА САЛЕХАРДА АЛЕКСЕЙ ТИТОВСКИЙ ПОЗДРАВИЛ МНОГОДЕТНЫХ МАТЕРЕЙ С ПРЕДСТОЯЩИМ ПРАЗДНИКОМ
Обновление от 28.11.2020г. Письмо-предложение В.И. Степанченко атамана ОПКЛ заместителю губернатора Ямала А.В. Мажарову. 27.11.2020 года
Обновление от 26.11.2020г. КАЗАКИ И ПОЛИТИКА
МЕРОПРИЯТИЯ ПО РЕАЛИЗАЦИИ СТРАТЕГИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ В ОТНОШЕНИИ РОССИЙСКОГО КАЗАЧЕСТВА НА 2021-2030 ГОДЫ ТРЕБУЮТ ОТРАБОТКИ
В ДЕНЬ СИБИРИ В ТОБОЛЬСКЕ ОСВЯЩЁН ОЧЕРЕДНОЙ ПОМИНАЛЬНЫЙ КРЕСТ ЛЕГЕНДАРНОМУ АТАМАНУ ЕРМАКУ
Обновление от 09.11.2020г. Казачество на изломе веков Фильм второй
ДЕНЬ СИБИРИ ПРАЗДНУЮТ ЯМАЛЬСКИЕ КАЗАКИ
ПОЗДРАВЛЕИЕ АТАМАНА ОПКЛ С ДНЁМ СИБИРИ!
ПОЗДРАВЛЕНИЕ АТАМАНА ОПКЛ С ДНЁМ КАЗАНСКОЙ ИКОНЫ БОЖЬЕЙ МАТЕРИ
МИФЫ И РЕАЛИИ ТЕРРОРА
Обновление от 29.10.2020г. Казаки. Фильм Аркадия Мамонтова
Обновление от 26.10.2020г. Ермак. Покоритель Сибири.

© В. И. Степанченко, 2011 Все права защищены.

Яндекс.Метрика